52Наречие

Д. В. Сичинава, 2011

Наречие (церковнослав. калька с греческого ἐπίρρημα, собственно, «то, что находится при глаголе или на глаголе»; лат. adverbium — также калька этого термина) — в русском языке часть речи, обозначающая признак некоторой ситуации или другого признака, в частности степень признака или внешнюю характеристику ситуации. Словоизменение для наречия не характерно: часть наречий имеют степени сравнения. Большинство наречий образовано от слов (и словосочетаний) других частей речи. В предложении наречия обычно занимают синтаксическую позицию обстоятельства:

  1. Ветер подымал с земли сухой снег и нёс нам навстречу ровно, беспрерывно, упорно… [В. Г. Короленко. Мороз (1900–1901)]

Содержание

52.1Наречие: общие сведения

В отличие от других знаменательных частей речи, с морфологической точки зрения наречия в русском языке охарактеризованы слабо (иногда это свойство включается в определение, см. раздел 52.2, а именно:

  • словоизменение их крайне ограничено;
  • из способов словообразования характерна конверсия (переход слов или словосочетаний в категорию наречий без формального изменения): беспрерывно (ср. р. прилагательного) > беспрерывно, ночью (тв. п. существительного) > ночью, в месте > вместе.

Ср. характеристику наречий на фоне других частей речи в главе Части речи.

Указанные особенности увеличивают степень омонимии наречий со словами других частей речи (так, в НКРЯ, даже с учётом орфографического разграничения предложных групп типа в месте и наречий типа вместе, встречается примерно столько же словоформ, омонимичных наречиям, сколько и самих наречий) и затрудняет их разграничение.

Типологически русский язык в этом плане не уникален. В ряде языков мира наречия считаются не самостоятельной частью речи, а классом употреблений прилагательного (например, немецкий язык) или особой «обстоятельственной формой прилагательных» (например, японский язык).

С семантико-синтаксической точки зрения наречия выступают в функции обстоятельства при глаголе, прилагательном, числительном или другом наречии либо, реже, определения при существительном (дорога домой, еда натощак) и обозначают прежде всего признак, и в частности «признак признака» (очень быстро, неприлично часто; А. М. Пешковский [1918: 15] считал главной чертой семантики наречий именно «признак признака»). В условиях отсутствия словоизменения, маркирующего синтаксическую связь (т. н. «примыкание»), синтаксис и семантика наречий тесно переплетены.

Наречия различаются по синтаксической сфере действия (синтаксическим единицам, к которым они относятся). В частности, они могут синтаксически относиться к клаузе в целом (обозначение «внешних» характеристик, оценка ситуации в целом: вчера приходил врач). Другая возможность — наречие относится к глаголу и указывает на «внутреннюю» характеристику, параметр ситуации: ехать быстро [Филипенко 2003], к прилагательному (неприлично откровенный), к существительному (дорога домой), см. раздел 52.4. Выделяется ряд тематических разрядов наречий (наречия места, направления, времени, цели и т. п., см. раздел 52.5.3). Имеется подкласс местоименных наречий, для семантики которых характерна в том числе отсылка к речевой ситуации: здесь, там, так, где, когда, насколько и др. Наречия отличаются от других частей речи очень высоким процентом местоименных словоупотреблений (в среднем треть, для устной речи до 40%, см. раздел 52.6) и лексем (особенно в некоторых семантических классах); о причинах этого см. раздел 52.5.3.6.

52.2Определение

В европейской лингвистической традиции, начиная с древнегреческой, наречия выделялись по морфологическому признаку неизменяемости, отличаясь от имён по отрицательному признаку (немецкая школьная формулировка «что нельзя склонять, то рассматривается как наречие»: Was man nicht deklinieren kann, // Das sieht man als Adverbium an [Исаченко 1965: 272]).

Сами термины ἐπίρρημα и adverbium, однако, синтаксического содержания и указывают на функцию модификатора глагола.

В русистике к наречию относят только знаменательные лексемы. По определению Н. Н. Дурново [Дурново 1929: 12], «наречиями принято называть полнозначные слова (не частичные и не междометия), не принадлежащие к классам существительных, глаголов и прилагательных». Похожие «негативные» формулировки встречаются у С. О. Карцевского и А. В. Исаченко, затем несклоняемость принята как определяющий признак у В. В. Виноградова [Грамматика 1953: 606].

этим определениям в ряде трактовок присоединяются также дополнительные синтаксические критерии. Они применяются как для установления однозначной характеристики слов (так, вчера — всегда наречие; с — всегда предлог), так и для разграничения омонимов (ровно — наречие, частица; весело — прилагательное, наречие, предикатив). В разных работах упоминаются следующие синтаксические критерии принадлежности к наречиям.

  1. Критерий члена предложения
    Академические грамматики противопоставляют наречиям (которые должны быть членами предложения), например, вводные слова, которые не считаются членами предложения: Давал три бала ежегодно и промотался наконец (наречие, ‘в итоге’) — Наконец, это просто неправда (вводное слово). Помимо вводных слов, от наречий по этому критерию отделяются неизменяемые служебные слова (предлоги, союзы, частицы; разграничение наречий и частиц в ряде случаев носит дискуссионный характер) и междометия.
    1. Ладно. Будет по-твоему. Только лечись. [Б. Екимов. Пиночет (1999)] — наречие

    1. А где же мне быть? Где же мне работать, по-твоему? В школе? [С. Довлатов. Виноград (1990)] — вводное слово
  2. Критерий синтаксической позиции обстоятельства
    Из состава наречий также, начиная с работ Л. В. Щербы, выделяют предикативы («категорию состояния», см. подробнее соответствующую главу в настоящем издании) — неизменяемые слова, для которых характерна позиция сказуемого в сочетании со связкой (мне вас (было / будет) жаль, курить нельзя, быть замужем ей внове), в том числе употребляющиеся в безличных предложениях формы на ‑о / е, омонимичные наречиям-обстоятельствам (тяжело (было / будет) решиться, ср. наречие: тяжело заболел), ограничивая тем самым класс собственно наречий теми лексемами, для которых характерна в том числе синтаксическая позиция обстоятельства. По этому же критерию неизменяемые прилагательные (хаки, беж, бордо, см. об этом классе в главе Прилагательные) и местоимения (его, её, их) к наречиям не относятся.

В данной главе (и в морфологической разметке НКРЯ) вслед за Грамматическим словарём А. А. Зализняка [Зализняк 1977] используются границы класса наречий, заданные приведенным выше определением с учётом обоих синтаксических критериев (таким образом, вводное слово и предикатив признаются отдельными частями речи и в этой главе не рассматриваются, см. подробнее Части речи).

  1. Гости весело гуляли, катались на лошадях по деревне, прославляя невесту и её родителей. [«Народное творчество» (2004)] — наречие

  1. Но сейчас ей было весело, впереди предстояла реальная выпивка, закуска и десерт ― торт с розами. [В. Токарева. Своя правда (2002)] — предикатив

  1. Ее сердце было весело и чисто, оно забыло Сергея, оно билось новой любовью. [В. К. Кетлинская. Мужество (1934–1938)] — прилагательное

52.3Морфология

С морфологической точки зрения наречия охарактеризованы слабо. Принадлежность многих слов к классу наречий устанавливается неоднозначно, для наречий характерна высокая степень омонимии с другими частями речи. Самый многочисленный и продуктивный класс наречий — на ‑о / ‑е — последовательно омонимичен словоформам другой части речи, а именно формам кратких прилагательных среднего рода (с которыми морфологически соотносятся эти наречия). Форма сравнительной степени — единственная словоизменительная форма русского наречия — имеется только у наречий на ‑о / ‑е и также совпадает с формой сравнительной степени прилагательного. С наречиями на ‑о / ‑е формально также совпадает продуктивный класс русских предикативов на ‑о / ‑е, причём как в положительной, так и в сравнительной степени (ему тяжело, а ей еще тяжелее). Остальные наречия являются неизменяемыми (так, зря, по-немецки, вслепую) и формально не могут быть отделены от неизменяемых служебных частей речи; многие вдобавок совпадают со словоформами изменяемых (сидя, весной) или неизменяемых (частица еще, союз ровно) лексем иных частей речи (о разграничении наречий и других частей речи см. раздел 52.2).

Подобная ситуация связана со словообразованием наречий путём конверсии (изменения частеречной принадлежности) или универбации (слияния в единое слово): весело (ср. р. прилагательного) > весело, шагом (тв. п. существительного) > шагом, по том > потом.

52.3.1Словоизменение: степени сравнения

Наречия на ‑о / ‑е, образованные от качественных прилагательных, имеют только одну словоизменительную категорию — степень сравнения (детальный анализ русского адъективного и адвербиального компаратива см. [Князев 2007: 179—257]). Ее граммемы — положительная (подробно), сравнительная (подробнее) и превосходная (подробнейше; наиболее подробно; подробнее всех) степень. Кроме того, имеется имеющая особые семантические и синтаксические свойства форма сравнительной степени, образующаяся прибавлением к компаративу приставки по‑ (поподробнее); об этой форме см. [Князев 2007: 1998 ff.]; [Сичинава 2017]. Наречия, образованные от качественных прилагательных, в значении меры и степени (см. раздел 52.5.3.2) (невероятно богат) не образуют сравнительной степени. От некоторых относительных прилагательных — словесный, печатный, эволюционный, законодательный и др. — образуются наречия на ‑о / ‑е: словесно, печатно, эволюционно, законодательно (таким образом, в данном отношении — но не в семантическом — они переосмысляются как качественные). Эти наречия не омонимичны формам прилагательных и не имеют степеней сравнения:

  1. Акции могут быть проданы только на публичных торгах, правила которых также необходимо законодательно закрепить. [«Газета» (2003)]

  1. ― Я ей советую: откажитесь печатно от своих работ! [И. Грекова. Без улыбок (1975)]

Сравнительная степень наречий образуется от наречий на ‑о / ‑е при помощи суффиксов ‑ее (с вариантом ‑ей: красивее и красивей), ‑ше (раньше) или ‑е (короче, выше, шире). Вариант ‑ей носит менее формальный характер со стилистической точки зрения. Распространены ненормативные формы сравнительной степени: высокие и архаичные (боле, дале) и просторечные (ширше, раней, коротей и др.).

Сравнительная степень наречий регулярно омонимична сравнительной степени соответствующих прилагательных (а также предикативов, если считать их самостоятельной частью речи) и иногда выделяется в особую многофункциональную часть речи — компаратив (так в [Грамматика 1980], см. подробнее в главе Части речи).

  1. При этом к своим работам относился критично, критичнее, чем другие учёные… [Д. Гранин. Зубр (1987)] — наречие

  1. Он всё делает добро, сколько может; он всё ещё шумит понемножку: недаром же был он некогда львом; но жить ему тяжело… тяжелей, чем он сам подозревает… [И. C. Тургенев. Отцы и дети (1862)] — предикатив

Формам прилагательных превосходной степени на ‑йший (также ‑ший, ср. высший) соответствуют наречия на ‑йше: прекраснейше (ср. прекраснейший). Существуют также формы превосходной степени с увеличительными приставками пре‑, наи‑:

  1. И хотя сейчас Башуцкий лицезрел Сытова, так сказать, внутренним оком, коленные чашечки пренеприятнейше заныли. [Ю. Давыдов. Синие тюльпаны (1988–1989)]

Могут быть выделены также аналитические сравнительная и превосходная степень, образующиеся при помощи наречий более и наиболее соответственно, аналогично соответствующим аналитическим формам прилагательных:

  1. Я согласен по крайней мере с тем, что другой язык даёт возможность принять чужую культуру более глубоко. [Запись LiveJournal с комментариями (2004)]

  1. Во время ночного сна кожа наиболее активно восстанавливается. [«Даша» (2004)]

Возможен анализ конструкций типа быстрее всех всего как аналитической превосходной степени. Эти конструкции также имеют и адъективную, и адвербиальную интерпретации.

  1. Писатель здесь не олимпиец, а чаще всего ― бедный, мрачноватый человек. [Сергей Довлатов. Переводные картинки (1990)]

  1. Раньше всех проснулись, конечно, голуби, воробьи и кошки. [И. А. Гончаров. Май месяц в Петербурге (1891)]

52.3.2Словообразование

52.3.2.1Непроизводные наречия

К непроизводным наречиям относятся, прежде всего, бессуфиксные и бесприставочные местоименные (как, здесь, сюда, тут, там, тогда, когда и др.); они морфологически членимы, так как входят в общеязыковые серии местоимений с начальными к‑, с‑, вс‑, т‑, но не мотивированы другими лексемами. Имеются также непроизводные наречия со значением времени и меры: уж(е), ещё, чуть, едва; а также утратившие членимость вчера (в праславянском от вечер), теперь (из то перьво, ср. таперича), пока (из по ка места ‘до каких пор’, ср. покамест), почти (от почесть), церковнославянские архаизмы зело, паки, туне (привычнее приставочный вариант втуне) и др. Синхронно не членимое наречие очень возникло поздно (XVII в., сначала как очюнь), этимология его не вполне ясна (от око — ср. очевидно, воочию — или от очнуться). По-видимому, не членятся в современном языке о-пять (первоначально ‘обратно’, ср. вс-пять), на-прасно. Непроизводные наречия (кроме славянизмов) относятся к самым частотным. По [Ляшевская, Шаров 2009: 1037 ff.], в первую сотню частотных русских слов входят наречия так, как, где, там (местоименные), еще, уже, очень (неместоименные), в первую тысячу — тут, теперь, тогда, здесь, всегда, никогда, куда, туда, откуда, сюда, столь, никак, когда, иначе, что (местоименные), почти, опять, чуть, иногда, весьма, вчера, едва (неместоименные).

52.3.2.2Наречия на ‑о / ‑е

Наречия на ‑о / ‑е (хорошо, искренне) — самый большой и продуктивный класс русских наречий. Наречия этого класса регулярно образуются от качественных прилагательных и от части относительных (формально совпадая с краткой формой ср. р. ед. ч.), подробнее см.  главу Прилагательные. Наречия на ‑о / ‑е также соотносимы с формами причастий: щадяще, волнующе, потерянно и т. п.:

  1. Уж очень она была чистой, я бы даже сказала, вызывающе чистой в этой городской грязи. [«Даша» (2004)]

Продуктивность этого класса такова, что далеко не все наречия на ‑о / ‑е включаются в словари; частотность отадъективных наречий на протяжении истории русского языка растёт (см. раздел 52.6). При этом внутри этого класса падает частотность наречий, образованных от относительных прилагательных типа печатно (см. раздел 52.3.1). Такие наречия были характерны для языка XVIII – начала XIX в. (умственно, телесно):

  1. Ежели кто кому прикажет кого смертно убить ⟨=до смерти, насмерть⟩, оный також яко убийца сам имеет казнен быть смертью, а именно голову ему отсечь. [Петр I. Артикул воинский (1715)]

52.3.2.3Другие словообразовательные типы наречий

Диахроническими источниками наречий также выступают:

  • предложно-падежные сочетания (по-учёному < по учёному), см. раздел 52.3.2.3.1;
  • именные группы (тотчас < тот час), см. раздел 52.3.2.3.2;
  • формы тв. п. существительных (кругóм < кру́гом), см. раздел 52.3.2.3.3;
  • формы краткой формы мн. ч. (всячески < уст. всячески ‘всяческие’), см. раздел 52.3.2.3.4;
  • прочие именные формы (дома, долу), см. раздел 52.3.2.3.5;
  • аффиксальные образования от числительных (трижды, стократ – от грамматикализованных, соответственно, причастия и существительного), см. раздел 52.3.2.3.6
  • деепричастия (зря < дпрч. от зреть ‘видеть’), см. раздел 52.3.2.3.7.
  • аффиксальные образования от глаголов (стоймя), см. раздел 52.3.2.3.8
  • аффиксальные образования от собственно наречий (где-то, кое-куда), см. раздел 52.3.2.3.9.
52.3.2.3.1Образования от предложно-падежных сочетаний

В этой группе выделяются сочетания с участием разных частей речи — существительных, прилагательных, местоимений и собирательных числительных: завтра < за утра, вслух < в слух, потом < по том, зачем < за чем, по-учёному < по учёному, натрое < на трое, вдвое < в двое, втроём < в троём (от вышедшей из употребления формы), в том числе с устаревшей нечленной формой прилагательного: спьяну < с пьяну, форма второго родительного падежа от прилагательного пьян(ый).

Особый способ образования отадъективных наречий — с помощью циркумфикса по‑+‑ому / по‑+‑ему, подобные наречия в последнее время проявляют экспансию в разговорной речи (быстропо-быстрому, глупопо-глупому):

  1. Сгорел-то по-глупому, задремал на пленуме ЦК. [Э. Рязанов и др. Небеса обетованные, к/ф (1991)]

  1. Ну а кто сказал: «Я в ванну по-быстрому»? [Е. Николаева, Ю. Коротков. Попса, к/ф (2005)]

Прилагательные на ‑ский и ‑цкий (французский, дьявольский, солдатский, казацкий) регулярно образуют наречия по схеме по‑+‑и (часть из них — также без по‑, см. о них раздел 52.3.2.3.4):

  1. Позвольте, ваше высочество, мне по-грубому, по-стариковски, по-отцовски сказать вам: я вне себя от вашей красоты. [Е. Л. Шварц. Голый король (1934)]

Ряд наречий, производных от предложно-падежных сочетаний, образован с участием вышедших из употребления лексем: спозаранку (*ранок), исподтишка (*тишок), навзничь (*взничь), утраченных грамматических форм (воочию < во очию ʽв глазах’, двойственное число).

В такие сочетания может входить частица не: некстати < не к стати (при кстати), невпопад < не в попад (*впопад, *попад не употребляется); ср. раздельное правописание у Пушкина: Нет ни в чём вам благодати, С счастием у вас разлад: И прекрасны вы не к стати, И умны вы не в попад.

Орфография многих таких адвербиальных единиц (интерпретируемых как наречия при слитном написании, как предложно-падежные сочетания — при раздельном) носит достаточно условный характер и зависит от традиции: ср. со зла, но сдуру. В ряде трактовок некоторые раздельно пишущиеся предложно-падежные сочетания всё же признаются наречиями: до крайности, в меру, с кондачка и др.

52.3.2.3.2Образования от определительных именных групп

К этому классу относятся, например, следующие наречия:

  • сегодня — устар. сегодни < сего дня (дни); сохраняет произношение [во], свойственное родительному падежу адъективов);
  • тотчас < тот час;
  • исторически также теперь < топерь (ср. диал. таперя, таперича) < то + перьво ‘первое’.
52.3.2.3.3Образования от формы творительного падежа существительных

К этому классу относятся, соответственно, наречия на ‑ом / ‑ем / ‑ой / ‑ей / ю / ами / ‑ями. Эти формы не всегда можно считать полноценными наречиями, многие из них сочетаются с согласуемыми и несогласуемыми определениями: ясным днем, весной 1945 года, прошлой ночью, целыми годами и т. п.; в разметке НКРЯ все такие словоформы считаются не наречиями, а формами существительного. Наречия, образованные от тв. п., в ряде случаев отграничиваются от существительных формально при помощи ударения и / или семантически (кру́гом — тв. п. от круг и наречие (голова идёт кругом), но кругóм — только наречие; ря́дом — ʽблизко’, семантически оторвалось от существительного ряд); часть образована от лексем, самостоятельно в современном языке не употребляемых (пешком, ничком — *пешок, *ничок).

52.3.2.3.4Образования на ‑ски, ‑цки

От части прилагательных на ‑ский, ‑цкий образуются наречия без участия начального по- (о типе по‑…‑ски / по‑…‑цки см. выше, раздел 52.3.2.3.1), формально совпадающие с мн. ч. краткой формы этих прилагательных (в такой функции встречающейся редко): практически, фактически, автоматически, периодически, всячески, теоретически, предательски, дьявольски, щегольски, заговорщицки, молодецки и др. Многие из них имеют варианты и с по-(особенно восходящие к обозначениям людей, но ср., например, по-всячески, по-свойски).

52.3.2.3.5Образования от прочих именных форм

К этому, закрытому, классу относятся древние отыменные наречия (дома, домой — от дом, долой, долу — от дол).

52.3.2.3.6Образования от числительных со значением кратности

К данной группе относятся наречия кратности, образованные от числительных (синонимично два раза, три раза) — серии на ‑жды и ‑крат(ы). Обычно употребляются наречия серии на ‑жды от числительных небольшого количества: дважды, трижды, четырежды. Серия на -крат(ы) имеет церковнославянское происхождение. Наиболее активно используется наречие стократ. Подробнее см. Числительные / раздел 4.4.2.

52.3.2.3.7Образования от деепричастий

В этот класс входят, например, наречия зря (от зреть ‘видеть’), стоя, сидя, глядя (в составе глядя по, на ночь глядя), в том числе устаревшие формы на ‑учи / ‑ючи: припеваючи, крадучись. Словоформа молча имеет разное ударение в функции деепричастия (молчá — встречается редко) и наречия (мóлча).

52.3.2.3.8Образования с суффиксом -мя

Такие образования представляют собой редкий случай не конверсии, а аффиксации (причем с помощью суффикса, свойственного исключительно наречиям). Употребительна эта модель крайне ограниченно, в основном (хотя не только) в составе устаревших figurae etymologicae фразеологического характера: стоймя стоять, кишмя кишеть, ревмя реветь, лежмя лежать (ср. ироническую окраску примера из Кассиля ниже). Сюда же относится синхронно не мотивированное наречие плашмя, древнерусское образование от прилагательного плоский. Схожий суффикс в весьма — исторически от весь.

  1. Кто стоймя стоял, тот сидьмя сел. Кто сидьмя сидел, тот лежмя лег. Ну, а кто лежмя лежал, тому уже ничего не оставалось делать. [Л. А. Кассиль. Кондуит и Швамбрания (1928–1931)]

52.3.2.3.9Суффиксальные и префиксальные дериваты наречий

В образовании местоименных наречий (см. раздел 52.5.3.6) участвуют аффиксы ‑то, ‑либо, ‑нибудь, префиксы кое‑, ни‑, не‑, характерные для всей системы русских местоимений. К наречной основе присоединяются также приставки от‑, до‑ с предельной семантикой: отсюда, докуда (эти же приставки выступают также в образовании наречий от предложных групп: отроду, допоздна). От неместоименных наречий образованы также послезавтра и позавчера (в последнем случае — с двойной приставкой / предлогом).

52.3.2.4Образование других частей речи от наречий

Наречия весьма редко мотивируют полнозначные части речи, образованные суффиксальным способом (малочисленны отадвербиальные образования типа почемучка, вчерашний) [Грамматика 1980(I): 219; Евтюхин 2008: 543]. Помимо наречной, иную синтаксическую функцию (и, соответственно, частеречную характеристику) имеет ряд слов: некоторые предлоги (около, возле), частицы (ещё в контекстах когда ещё он придёт), вводные слова (по-моему, короче), высокочастотные числительные (не)много, (не)мало. Эти слова связаны с наречиями словообразовательным отношением конверсии. Но в целом роль наречий как участника словообразования незначительна.

  1. Техасцы откровенны, разговорчивы, любопытны и прямолинейны (они не будут ходить вокруг да около с вежливыми фразами, а прямо скажут всё, что думают по тому или иному поводу). [«Богатей» (2003)] — наречие

  1. После чая до двенадцати я хожу около окон, вижу всё прежний завод и поджидаю почтальона. [Б. А. Пильняк. Простые рассказы (1923)] — предлог

С другой стороны, большая часть наречий также образована (по крайней мере, этимологически) путём конверсии, без особого показателя, от словоформ других частей речи, утративших словоизменение, или путём универбации (т. е. объединения в одно слово) от сросшихся фразеологизированных словосочетаний. Те и другие специализировались на выражении обстоятельственных значений. Наречия «наследуют» от исходных словоформ и словосочетаний семантический тип, например, вдали < в дали — обстоятельство места; утром < утром (сущ., тв. п.) — обстоятельство времени.

Диахронические источники наречий разнообразны. С синхронной точки зрения выделяются наречия, не ощущаемые носителями языка как производные (так, зря, около), хотя этимологически они могут быть производными, и наречия, мотивированные в современном языке другими лексемами (быстро, по-новому, вчетверо).

Отадвербиальные образования представлены прежде всего компактной группой прилагательных, образованных при помощи суффикса ‑н‑ и вставного (после гласного) ‑ш‑ от непроизводных или плохо членимых с синхронной точки зрения наречий: зряшный, вчерашний, сегодняшний, тогдашний, здешний, тутошний, тамошний; также без вставного: наоборотный.

  1. Любая бы женщина поняла, но у вас, мужчин, наоборотная какая-то логика… [Б. Васильев. Картежник и бретер, игрок и дуэлянт (1998)]

52.4Синтаксис

52.4.1Синтаксические функции наречия

С синтаксической точки зрения для наречия характерна прежде всего функция обстоятельства (см. раздел 52.2). Некоторые пространственные, временные и количественные наречия (традиционно не относимые к предикативам) в русистике считают выступающими в составе сказуемого (в позиции ремы они несут новую информацию):

  1. ― Что за траур, ― спрашиваю, ― где покойник? ― В Куйбышевском морге, ― отвечает Сидоровский, ― похороны завтра. [С. Довлатов. Чемодан (1986)]

  1. Золотой век империалистов позади; впереди — Медный век пророков и Железный век варваров, но человек способен выживать сам и формировать чужое будущее во все времена. [«Знание ― сила» (2003)]

При замене глагола отглагольным существительным наречия, имеющие соотносимые прилагательные, трансформируются в прилагательные: красиво петь — красивое пение, поехать завтра — завтрашняя поездка. Другие наречия остаются в прежней форме; иногда считается, что при этом они приобретают определительную функцию: двигаться назад — движение назад. Возможна вариативность этих моделей: отдых летом — летний отдых.

Наречия времени (см. раздел 52.5.3.5) могут модифицировать (в функции определения) существительные неглагольной семантики, это характерно для заглавий: Урал впервые (Б. Пастернак), Руанский собор ночью. Имеется также класс атрибутивных употреблений «кулинарных» наречий, означающий способ приготовления: кофе по-турецки, яйцо вкрутую:

  1. Точно так же сервируются и другие жареные и разварные рыбы, как, например, свежая палтусина, свежая сёмга по-рейнски, свежая горячая сёмга по-норвежски, стерлядь с вином шабли по-французски, стерлядь с белым лёгким вином, разварная щука, сом. [Е. Молоховец. Подарок молодым хозяйкам, или средство к уменьшению расходов в домашнем хозяйстве (1875–1900)]

Пространственными наречиями определяются некоторые существительные, в толкование которых входит ситуация движения — дорога домой, билет туда и т. п.:

  1. Супруг Анатолий вернулся под вечер с небывалым уловом, после чего супруги отправились в гости. Схватки начались по дороге домой. И тут в любительнице рыбалки проснулась женщина. [«Вечерняя Москва» (2002)]

Ряд наречий выступает только в определительной функции, например, возможно:

  1. На одну чашу, например левую, следует поместить гирю, масса которой заведомо больше массы взвешиваемого тела, а на другую ― маленькие гирьки, и с их помощью добиться возможно более точного равновесия весов. [В. Лукашик, Е. Иванова. Сборник задач по физике. 7–9 кл. (2003)]

52.4.2Коммуникативная функция наречий

Ряд наречий имеет предпочтения по коммуникативной функции и, тем самым, линейной позиции в предложении. Так, наречие напрасно обычно выступает в позиции темы и в препозиции (ср. бежит быстронапрасно работал). Давно, редко не выступают в позиции темы, давным-давно, изредка — выступают [Янко 1997].

  1. Сижу в «от года до трех», но и сюда изредка заглядываю. [Наши дети: Подростки (2004)] — тема

  1. В институт свой Герой теперь заглядывал редко. [М. Чулаки. Примус (2002)] — рема

52.4.3Наречие как синтаксически зависимое

Будучи неизменяемой (кроме степени сравнения) частью речи, наречие формально не управляется словами, от которых зависит синтаксически; в русистике такой тип связи традиционно именуется примыканием [Грамматика 1980(II): 21]. Наречие может зависеть от глагола (бежать быстро), прилагательного (принципиально новый), существительного (дорожка налево), числительного (приблизительно два), другого наречия (чрезвычайно бережно).

52.4.4Наречие как синтаксическая вершина

Некоторые наречия управляют изменяемыми частями речи. Так, наречие цели назло имеет актант — Объект отрицательного воздействия, которым управляет в дательном падеже:

  1. Назло будущей простуде он уселся на санки и решил, что будет пировать: жевал мороженый ломоть хлеба и пил ледяную воду из бидона. [О. Павлов. Карагандинские девятины, или Повесть последних дней (2001)]

От наречия могут также зависеть другие наречия, в основном меры и степени: настолько хорошо, так быстро, очень давно и т. п.

52.4.5Линейный порядок наречий

Порядок наречий в предложении во многих языках носит жесткий характер; в частности, в [Cinque 1999] предложена типологическая иерархия расположения в предложении наречий с разными семантическими функциями (модальные, в целом стоящие левее, аспектуальные, в целом стоящие правее, и наречия временной последовательности вроде already ‘уже’ и then ‘тогда’, позиции которых индивидуальны, но ближе к середине шкалы) и делается вывод, что этот порядок определяется глубинной синтаксической структурой предложения (см. также [Слюсарь 2009: 87 ff.]). Аналогичная иерархия была ранее обнаружена на материале грамматических показателей с соответствующей семантикой (Дж. Байби, А. Е. Кибрик и др.) В русском языке большинству модальных наречий по Чинкве (fortunately ‘к счастью’, probably ‘возможно’ и др.) соответствуют вводные слова (ср. список переводов в [Слюсарь 2009: 90]), порядок которых в принципе может нарушать его иерархию: например, эпистемическое вводное слово возможно в (33) следует за темпоральным наречием еще (в иерархии Чинкве still идет после probably), и этот пример ошибочным или неестественным не является:

  1. Не было бы конкуренции, мы бы ещё, возможно, на деревьях сидели. [«Еженедельный журнал» (2003)]

Подобный свободный порядок возможен в ряде случаев и в английском языке (см. [Potsdam 1998]: The rebels have {now perhaps / perhaps now} surrendered).

Впрочем, в большинстве случаев порядок еще и вводного возможно в русском отвечает иерархическому принципу (в НКРЯ более 100 примеров на последовательность возможно, еще и только 3 на темпоральное еще с постпозитивным вводным возможно[*]). В случае «чистых» наречий можно привести пример аспектуальных наречий обычно и быстро: по [Cinque 1999] хабитуальное (описывающее «внешнюю аспектуальность») usually ‘обычно’ идет левее описывающего внутреннюю структуру ситуации quickly ‘быстро’. В русском языке эта иерархия полностью соблюдается: обычно быстро является приемлемым сочетанием, а сочетание быстро обычно в корпусе встретилось только один раз, в связи с коммуникативно обусловленным выделением быстро и вынесением его вперед:

  1. Так быстро обычно строят новорусские усадьбы. [Труд-7 (2007)]

В работе [Митева 2009] эта проблема разбирается подробно: показано, что семантические классы русских наречий определяют их базовую позицию (причем наречия одного класса могут иметь несколько базовых позиций), в то время как их линейное положение во фразе определяется в конечном счете коммуникативной структурой предложения.

См. также о сфере действия наречий ниже.

52.5Семантика

52.5.1Сфера действия наречий

Наречие имеет определённую семантическую сферу действия [Богуславский 1996] — фрагмент семантики предложения, которое оно модифицирует [Филипенко 2003: 9–14]. Возможны следующие случаи.

  1. Сфера действия наречия — глагольная группа; наречие сообщает определённые характеристики различных элементов ситуации, конкретные значения различных параметров (ситуация выбора параметра, косвенно связанная с самой ситуацией): Он ответил благоразумно ‘То, что он говорил при ответе, было благоразумным’; Он благоразумно приехал на машине ‘То, что он выбрал именно такой вид транспорта, было благоразумным’.
    Сюда же примыкает случай, когда сферой действия наречия выступает именная группа со значением ситуации (возвращение домой, дорога домой), см. раздел 52.4. Функция наречий при существительных граничит с определительной (дорога куда? / дорога какая?).
  2. Сфера действия наречия — клауза (предикация) в целом (так называемые сентенциальные наречия, [Рудницкая 1993; van der Auwera (ed.) 1998]). Наречие сообщает внешнюю по отношению к ситуации в целом информацию: Он благоразумно промолчал ‘Он промолчал, и сам этот факт / ситуация в целом оценивается как благоразумная с его стороны’.
  3. Сфера действия наречия — прилагательное или другое наречие. Наречие модифицирует прилагательное или другое наречие и указывает на степень признака. Ряд наречий (очень, весьма) имеет только эту функцию (очень хороший, весьма хорошо), другие (например, исключительно, бесспорно)допускают такую интерпретацию как одну из возможных (он исключительно ругался / он исключительно виртуозно ругался), см. раздел 52.5.2.

С этой точки зрения роль наречий аналогична роли отрицания, которое может также быть общими (со сферой действия, равной всей клаузе: Не расстреливал несчастных по темницам) и частными (Нет, не тебя так пылко я люблю), об отрицательном предложении и его сфере действия см. [Падучева 2013].

52.5.2Переменная и постоянная сфера действия

Сфера действия ряда наречий (например, благоразумно, легкомысленно) может быть переменной («плавающей») и относиться как к отдельным элементам ситуации, так и к ситуации в целом.

У некоторых наречий сфера действия предопределена семантикой предиката. Так, наречие тихо сочетается только с предикатами, описывающими ситуацию, которая может сопровождаться звуком, а наречие ночью — ситуацию, локализуемую во времени [Филипенко 2003].

52.5.3Семантические классы

Ниже будут разобраны следующие семантические классы наречий:

  • способа и образа действия, см. раздел 52.5.3.1;
  • меры и степени, см. раздел 52.5.3.2;
  • причины и цели, см. раздел 52.5.3.3;
  • места и направления, см. раздел 52.5.3.4;
  • времени, см. раздел 52.5.3.5;
  • местоименные наречия, см. раздел 52.5.3.6.

В школьной традиции наречия делятся на определительные и обстоятельственные. К определительным наречиям относят качественные (характеристика или оценка действия и признака: грустно, страшно, быстро, правильно), количественные (много, мало, втройне, вшестером), образа и способа действия (шагом, вперемешку, вхолостую, наверняка). К обстоятельственным наречиям относят наречия места, времени, причины и цели.

52.5.3.1Наречия способа и образа действия

Наречия способа и образа действия обозначают характер протекания ситуации; прототипическое местоименное наречие — как (в школьной грамматике «вопрос», на который «отвечают» эти наречия). В этот класс входят наречия на ‑о / ‑е от качественных прилагательных. Это самый крупный разряд наречий — около 5.5 тыс. из учтённых в [Евтюхин 2008: 559] 6 тыс. лексем.

Данный класс гетерогенен [Филипенко 2003: 30], он включает в себя:

  • наречия эмоции (весело);
  • параметрические наречия, указывающие на выразимый количественно признак (медленно);
  • наречия внешней оценки (хорошо, нечестно);
  • так называемые сравнительно-уподобительные, указывающие на сходство с ситуацией, типичной для некоторого класса объектов (по-человечески);
  • наречия количественной характеристики участников ситуации — единичность и дистрибутивность (сообща, вместе, порознь и т. п.), среди которых выделяются наречия, образованные от собирательных числительных (втроём, впятером); см. также главу Числительные.

Для наречий данного класса первична обстоятельственная функция; в качестве вторичной распространена функция определения при отглагольных существительных и в некоторых особых случаях (см. раздел 52.4).

В [Ernst 2002] (cм. также [Митева 2009]) схожий класс называется «предикатными наречиями»; он включает в себя градуируемые предикаты, аргументами которых могут быть события и пропозиции. В других языках (английском, немецком) этот класс также регулярно соотносится с прилагательными.

52.5.3.2Наречия меры и степени

Наречия меры и степени характеризуют интенсивность проявления признака, в прототипическом случае обозначенного прилагательным или другим наречием: очень талантливый, крайне откровенно, слишком поспешный, чересчур подробно. Выделяется класс наречий кратности, образованных от собирательных числительных: вдвое, втрое, стократ(ы); см. также главу Числительные.

Наречия меры и степени сочетаются также с глаголами, содержащими в семантике измеряемый (градуируемый) компонент: очень спешил (=‘действовал быстро’), очень любил (=‘испытывал сильное чувство’), но *очень шёл; слегка коснулся (=‘вступил в неполный контакт’), но *слегка сидел.

Метафорически в функции наречий меры и степени (как синонимы прототипического очень) широко используются наречия образа действия: исключительно редкий, глубоко образованный, мертвецки пьяный, ничтожно малый, смехотворно скудный и т. п. Экспрессивная синонимия интенсификаторов является типологической универсалией [Dahl 2004].

  1. А люди его часто надувают, пользуясь странной манерой Кирсана тратить до копейки все, что он получает, и воруют в его окружении просто по-черному! [А. Тарасов. Миллионер (2004)]

Сочетаемость наречий меры и степени с различными степенями сравнения неодинакова. Одни наречия меры и степени употребляется только с наречиями и прилагательными положительной степени: очень, страшно, исключительно; другие — только с компаративами, причём в семантику их входит соответствующий элемент: гораздо, намного; третьи — и с теми, и с другими: слегка, немного, сильно.

Особо отметим сочетаемость наречий меры и степени со сравнительной степенью на по‑ (о последних см. [Князев 2007: 198 ff.; Сичинава 2017]). В современном языке такие компаративы модифицируют лишь наречия третьего типа: сильно получше, слегка посильнее.

  1. Молодая женщина отдельно и те двое людей сильно постарше, ― он экономист, она историк, оба с большим стажем. [Л. Петрушевская. Найди меня, сон (1998–1999)]

В XIX веке в этой позиции выступали и наречия второго («только компаративного») типа: гораздо побольше, вдвое повыше:

  1. Пелагея, подай стакан пуншу да гораздо покрепче. [А. И. Герцен. Кто виноват? (1841–1846)]

  1. Собственный пароходик у него будет, «Батрак», вдвое почище да и побольше вот этой посудины. [П. Д. Боборыкин. Василий Теркин (1892)]

52.5.3.3Наречия причины и цели

К наречиям причины и цели относятся наречия, выражающие обусловленность; прототипические местоименные наречия — почему и зачем. Обычно почему трактуется как наречие причины, а зачем — как наречие цели; тем не менее, в определённых контекстах они взаимозаменимы, и в целом подобные образования в славянских языках неустойчивы семантически (ср. польск. dlaczego ‘почему’ и po co ‘зачем’):

  1. Но тогда зачем подменять русское слово «сведения» иностранным ― «информация»? Поскольку получателями сообщений могут быть не только люди, но и технические устройства, то спрашивается, могут ли последние воспринимать сведения, содержащиеся в сообщениях? А если нет, то почему? [ «Информационные технологии» (2004)]

Этимологически они восходят, как правило, к предложно-падежным сочетаниям (см. раздел 52.3.2.3), где предлог (ставший приставкой) означает направление причинно-следственной связи (с — причина, на — цель), а именной корень — причину, ср. с-пьяну, с-проста, на-зло, на-показ и т. п. Для этих сросшихся фразеологизмов характерна неодобрительная (пейоративная) семантика (ср., однако, впрок); в языке они немногочисленны (причём местоименных больше, чем знаменательных), а в текстах знаменательные наречия причины и цели малочастотны. Обусловленность (следствие, уступка и т. п.) гораздо чаще выражаются развёрнутыми обстоятельственными оборотами.

52.5.3.4Наречия места и направления

Наречия места означают статическое нахождение объекта в пределах ориентира: сверху, дома, везде; прототипическое местоименное наречие — где.

Наречия направления, в отличие от наречий места, означают динамическое перемещение объекта в сторону ориентира или от него: домой, назад, сюда, прочь, издали, отсюда; прототипические местоименные наречия — куда, откуда.

Наречия пространственного предела малоупотребительны и представлены архаичными или просторечными словами: доселе, докуда, доколе (имеют также временную интерпретацию).

Для русских пространственных наречий характерно наречие нескольких серий, передающих различные типы и оттенки пространственной ориентации, причём семантика в значительной степени лексикализована и не всегда выводится из значения приставки и корня: вверхкверхувверху (в пределах верхней части чего-л.) — сверху (на чем-л., вне верхней части ориентира, «где»; аблативное значение, «откуда») — наверхуповерх (о «перекрывании», ср. поверх барьеров), вперед (направление к цели) — кпереди (общее направление) — впереди (о местонахождении) — спереди (статическое положение).

Наречия кпереди, кзади являются специальными терминами анатомии и биологии и фиксируются в НКРЯ начиная с работ И. М. Сеченова (1863):

  1. Искривления в шейном и поясничном отделах позвоночника говорят о лордозе (изгиб кпереди), в грудном отделе ― о кифозе (прогибание сзади). [Л. Пирогова. Боль в спине: что это такое и как с ней бороться? (2003)]

52.5.3.5Наречия времени

Наречия этой группы означают локализацию ситуации во времени. Соответствующее местоименное наречие — когда. К данной группе относятся, в частности, наречия теперь, сейчас, раньше, поздно, рано, (после)завтра, сегодня, наречия срока (вмиг, сразу), намеченного срока (надолго). Среди наречий времени, как и среди наречий места, выделяются наречия исходного предела (отвечающие на вопрос с каких пор?издавна, сыздетства) и конечного предела (до каких пор?дотемна, поныне). Эти два подтипа несколько архаичны и заменяются в современной речи на словосочетания (вместо поныне используется до сих пор — впрочем, отнесение этого устойчивого фразеологизма, пишущегося раздельно, к наречиям тоже вполне возможно; вместо издавнас давнего времени, вместо сыздетствас детства). Еще более архаичными являются соответствующие местоименные наречия — многозначные доколе, отколе (имеющие и пространственную семантику, см. раздел 52.5.3.4).

Выделяются наречия меры длительности (долго, немного) и кратности (часто, редко, неоднократно, включая наречия от прилагательных на еже‑, по‑ — ежедневно, помесячно, от числительных на ‑ждыдважды, трижды, многажды). Наречия меры длительности и кратности семантически близки к наречиям меры и степени (см. раздел 52.5.3.4).

52.5.3.6Местоименные наречия

С семантической точки зрения значительный подкласс наречий обладает свойствами служебной лексики [Филипенко 2003: 6–7] — это так называемые местоименные наречия, семантика которых содержит указание на текущую ситуацию (дейксис), компонент неопределённости или кванторное значение. Во многих трактовках местоименные наречия не выделяются в особую часть речи. В настоящей грамматике принят двойственный подход к ним: они рассматриваются как в разделе местоимений, так и в разделе наречий. Подробнее см. в главе Части речи.

Для наречий, особенно цели и причины (см. раздел 52.5.3.3), а также времени (см. раздел 52.5.3.5), места и направления (см. раздел 52.5.3.4) характерна большая доля местоименных наречий (почему-то, зачем-либо, здесь, теперь), как по количеству лексем, так и по частотности. Это связано с тем, что свободные словосочетания имеют гораздо более широкое пространство возможностей для выражения обстоятельств, чем однословные фразеологизированные наречия, не принимающие новых зависимых слов (ср. домана работе, у друзей в гостях, на улице, на Тверской улице; вчера — в прошлую пятницу, перед отъездом и т. п.) [Евтюхин 2008: 567].

С морфологической и семантической точки зрения большинство местоименных наречий объединяется в несколько рядов, связанные с общей системой местоимений-существительных, прилагательных и числительных (Таблица 1). Имеется также ряд местоименных наречий, связанных с притяжательными местоимениями (по-моему, по-твоему, по-своему, по-нашему, по-вашему; также по его, по ее, по их, просторечное по-ихнему). Указательные местоименные наречия ближнего и дальнего дейксиса объединяются в парные наречия (так-сяк, там-сям, туда-сюда) и в сочиненные группы (то там, то сям; отсюда и досюда). Наречия сяк, сям выступают почти исключительно как раз в составе таких сочетаний.

Таблица 1. Серии местоименных наречий
образ действияместонаправление к ориентирунаправление от ориентиравремяцельпричинамера и степень
указательные ближнего дейксисатак (этак, сяк)здесь, тут, (сям)сюда, досюдаотсюдасейчас, теперьпоэтому(устар., диал.) эстолько
указательные дальнего дейксисатамтуда, дотудаоттудатогдазатемпотомустолько
вопросительно-относительныекакгдекуда, докудаоткудакогдазачемпочемусколько
всеобщие(всяко), по-всякомувезде, всюдувсюду, повсюдуотовсюдувсегда
oтрицательныеникакнигденикуданиоткуданикогданисколько

52.6Статистика

Ниже приводится раздельная статистика по неместоименным и местоименным наречиям в текстах со снятой и с неснятой омонимией. Затем даётся статистика по классам наречий, а также по словообразовательному типу (отыменные, отглагольные, отадъективные).

Таблица 2. Синхронная статистика наречий
основной корпус НКРЯподкорпус НКРЯ со снятой омонимией
неместоименные наречия (% от всех слов)135103467,67%2489224,18%
местоименные наречия (% от всех слов)66714113,79%1310802,20%
всего2018175711,45%3800026,39%
% местоименных33,06%34,49%
классы наречий (% от всех наречий)
место13396626,64%334698,81%
направление5607112,78%176744,65%
расстояние2417471,20%56981,50%
время285974314,17%7885620,75%
скорость1916920,95%31060,82%
количество6313863,13%52511,38%
оценка251818612,48%5937315,62%
степень219682010,89%4646212,23%
словообразование (% от всех наречий)
отымённые9335284,63%175584,62%
отглагольные4422192,19%32150,85%
отадъективные464856923,03%13436935,36%

Здесь и далее используется классификация семантики наречий, принятая в семантической и словообразовательной разметке НКРЯ; разбиение на классы несколько отличается от принятого в данной главе (например, в главе мы обособляем наречия, образованные из предложных сочетаний).

Высокая степень омонимии, характерная для наречий, определяет существенное различие в частотности этой части речи в корпусе НКРЯ со снятой и неснятой омонимией. По корпусу НКРЯ с неснятой омонимией эта частотность составляет почти вдвое больше — 7,67% — чем в корпусе НКРЯ со снятой омонимией (4,18%). Эти данные получены на материале письменных текстов (в орфографической норме различаются в месте и вместе, по-простому и по простому); без учёта орфографии омонимия в звучащей речи должна быть ещё значительно выше. Таким образом, все дальнейшие подсчёты по НКРЯ с учётом неснятой омонимии фактически охватывают также и предикативы, и краткие формы прилагательных и причастий на ‑о / е, и частицы и союзы, с которыми омонимичны местоименные наречия. При этом соотношение местоименных и неместоименных наречий в корпусе НКРЯ со снятой омонимией по сравнению с корпусом НКРЯ со снятой омонимией практически такое же, однако в семантических и словообразовательных классах наречий имеются существенные различия. Так, выше (иногда в несколько раз, как для наречий направления и времени) относительные частоты большинства базовых семантических классов. Для базового немаркированного класса — наречий образа действия, не включенного в семантическую разметку НКРЯ, — в большей степени характерна омонимия, поскольку основную его массу составляют наречия на ‑о / ‑е. При переходе к снятой омонимии значимо понижают свою частотность из остальных классов только наречия количества — это связано с тем, что для слов мало, много, сколько более характерна функция числительного (получать мало денег) или предикатива (денег мало), чем наречия (мало работать).

В целом данные подкорпуса НКРЯ со снятой омонимией дают следующую картину. Наречия — самая низкочастотная знаменательная часть речи. Исключительно высок процент местоименных наречий по отношению к полнозначным (треть, что гораздо выше процента по другим частям речи; см. Части речи). Наиболее частотные семантические классы, не считая немаркированного класса наречий образа действия, — наречия времени, оценки, степени, места и направления. Более половины наречных словоупотреблений мотивированы прилагательными, две другие полнозначные части речи (существительное и глагол) подвергаются адвербиализации существенно хуже (стоит учесть, что наречия от существительных типа весной в разметке НКРЯ отсутствуют и соответствующие формы признаются субстантивными).

Таблица 3. Наречия в газетном и устном корпусах НКРЯ
газетный корпус НКРЯустный корпус НКРЯ
наречия (% от всех слов)81460006,82%105164811,04%
местоименные наречия (% от всех слов)35112932,94%6973297,32%
всего116572939,77%174897718,36%
% местоименных30,12%39,87%
классы наречий (% от всех наречий)
место6024655,17%20455611,70%
направление2383122,04%390212,23%
расстояние1472691,26%99120,57%
время185807915,94%19168710,96%
скорость875200,75%97000,55%
количество4951114,25%445412,55%
оценка126470710,85%18247710,43%
степень1322133211,44%1409268,06%
словообразование (% от всех наречий)
отымённые4510023,87%455442,60%
отглагольные1821311,56%152970,87%
отадъективные268844423,06%29628916,94%

Как в газетном корпусе НКРЯ, так и в устном корпусе НКРЯ представлены тексты только с неснятой омонимией. По этим данным видно, что в публицистической речи наречия чуть менее частотны, чем в основном корпусе НКРЯ в целом, и для них менее характерен местоименный статус. С семантической точки зрения наречия времени и количества, принципиальные для сообщения новостной информации, превосходят средние показатели; остальные семантические классы чуть менее частотны, чем в основном корпусе НКРЯ в целом. Совершенно иные данные даёт устный корпус НКРЯ, демонстрируя статистически значимое резкое отличие устной речи от письменной. Наречия в целом едва ли не вдвое частотнее, чем в газетном корпусе НКРЯ, а среди них на 10% выше удельный вес местоименных наречий, что отражает роль дейксиса в устной речи. С ростом местоименных наречий соответственно падает процент всех трёх классов производных наречий в целом. Интересны и различия в семантических классах: более чем вдвое частотнее наречия места (тут, там, где), используемые для пространственной привязки в устном дискурсе, существенно менее частотны наречия степени, количества и расстояния; квантификация явлений играет в письменной речи существенно бóльшую роль.

Таблица 4. Диахроническая статистика наречий
XVIII–XIX1900–19501950–2005
наречия (% от всех слов)26382617,89%34328697,87%77296537,53%
местоименные наречия (% от всех слов)14011704,19%16383353,76%37642613,66%
всего403943112,08%507120411,63%1149391411,19%
% местоименных34,69%32,31%32,75%
классы наречий (% от всех наречий)
место2580306,39%3476846,86%7632586,64%
направление1031692,55%1551923,06%3152132,74%
расстояние407311,01%680401,34%1386311,21%
время55050713,63%70076413,82%166907514,52%
скорость362380,90%553071,09%1043900,91%
количество1266543,14%1533563,02%3677473,20%
оценка44955111,13%66668213,15%145404612,65%
степень45835511,35%57078911,26%121548810,58%
словообразование (% от всех наречий)
отымённые1833294,54%2567195,06%5152474,48%
отглагольные934532,31%1258032,48%2338002,03%
отадъективные95797823,72%136409226,90%303772326,43%

Диахроническая таблица (подсчёт со включением текстов со снятой омонимией, но большинство с неснятой) показывает, что существенных изменений в статистических показателях русских наречий на протяжении 300 лет не происходит. Большинство наблюдаемых различий — в границах 1%, то есть статистически незначимо. За этот порог остальные изменения выходят также лишь в небольшой степени. Снизилась частотность местоименных наречий. С семантической точки зрения можно отметить увеличение частотности наречий оценки.

52.7Библиография

  • Богуславский И. М. Сфера действия лексических единиц. М. 1996.
  • Грамматика 1953 — Грамматика современного русского литературного языка. М. 1952.
  • Грамматика 1980 — Шведова Н. Ю. (Ред.) Русская грамматика. М.: Наука. 1980.
  • Дурново Н. Н. Повторительный курс грамматики русского языка. М.–Л. 1929.
  • Евтюхин В. Б. Наречия // Морфология современного русского языка. СПб. 2008.
  • Зализняк А. А. Грамматический словарь русского языка. М. 1967.
  • Исаченко А. В. Морфология русского языка в сопоставлении со словацким. Братислава. 1965.
  • Князев Ю. П. Грамматическая семантика. М. 2007.
  • Ляшевская О. Н., Шаров С. А. Частотный словарь современного русского языка. М. 2009.
  • Маляр Т. Н., Селиверстова О. Н. Пространственно-дистанционные предлоги и наречия в русском и английском языках. München. 1998.
  • Митева П. С. Факторы, влияющие на синтаксис наречий в русском языке: семантический класс наречия и его коммуникативный статус. Дипломная работа. M.: МГУ. 2009.
  • Падучева Е. В. Русское отрицательное предложение. М. 2013.
  • Пешковский А. М. Школьная и научная грамматика. М. 1918.
  • Прокопович Н. Н. Сочетания наречий с именами прилагательными в современном русском языке. М. 1962.
  • Рудницкая Е. Л. Сентенциальные наречия в русском языке (диссертация на соискание степени кандидата филологических наук). М. 1993.
  • Сичинава Д. В. Сравнительная степень на по‑ // Материалы к корпусной грамматике русского языка. Выпуск II. Синтаксические конструкции и грамматические категории. СПб.: Нестор-История. 2017. C. 437–462.
  • Слюсарь Н. А. На стыке теорий: грамматика и информационная структура в русском и других языках. М. 2009.
  • Филипенко М. В. Семантика наречий и адвербиальных выражений. М. 2003.
  • Янко Т. Е. Обстоятельства времени в коммуникативной структуре предложения // Логический анализ языка: Язык и время. М. 1997.
  • Auwera J. van der (Ed.) Adverbial constructions in the languages of Europe. Berlin – New York. 1998.
  • Bartsch R. Adverbialsemantik. Frankfurt am Main. 1972.
  • Cinque G. Adverbs and Functional Heads: A Cross-linguistic Perspective. New York. 1999.
  • Dahl Ö. The Growth and Maintenance of Linguistic Complexity. Amsterdam. 2004.
  • Ernst T. The Syntax of Adjuncts. Cambridge. 2002.
  • Potsdam E.A. Syntax for adverbs // The Proceedings of the Twenty-Seventh Western Conference on Linguistics. Fresno, Ca. 1998. P. 397–411.